Санкт-Петербург, 25 декабря. Что такое милосердие, сострарание и любовь к ближним, не на словах, а на деле узнала инвалид-прихожанка Софийского собора в Царском Селе Елена Михалева. После Божественной литургии 22 декабря ей подарили автомобиль. Ключи от "KiaСeed" она получила из рук епископа Петергофского Маркелла, который в тот день возглавил богослужение, сообщает "Вода живая".
Елена Михалева выразила сердечную благодарность настоятелю собора протоиерею Геннадию Звереву, священникам и всем прихожанам. "Это чудо… Я не могла даже подумать об этом! Благодарю Бога за его милость ко мне", - сказала она.
В жизни молодой женщины несколько лет назад произошла трагедия – после продолжительного заболевания она потеряла обе ноги. Однако это не сломило ее, Елена пришла к вере и стала искать возможности продолжать активную жизнь. Она приобрела небольшой автомобиль, и, оборудовав его специальными приспособлениями, ездила на богослужения в Софийский собор, а летом – по монастырям Ленинградской области.
В январе этого года у машины произошла поломка, да и общее ее техническое состояние оказалось неудовлетворительным. Денег на ремонт у Елены не было. Продолжать привычный образ жизни без автомобиля стало невозможно.
На помощь пришел Софийский собор. За время Великого поста прихожане собрали средства на новый автомобиль, ставший замечательным пасхальным подарком для их сестры во Христе.
Ваш Отзыв
Поля, отмеченные звездочкой, должны быть обязательно заполнены.
Шарль Бодлер достоин того, чтобы быть первым в списке проклятых поэтов - поэтов рода Каина. Они, проклятые и гонимые,- Эдгар По, Шарль Бодлер, Стефан Малме, Артюр Рембо, Лотреамон, Вийон (список можно продолжать). В женщине, например, есть как собственная (природная) сексуальность и привлекательность, так и искусственно созданная. Искусственно созданная сексуальность может включать в себя все, что угодно. Безупречную походку, спорьное тело, ухоженные ножки, стильная одежда, красивая прическа, и подобное. Так вот эта самая искусственная привлекательность и сексуальность почему-то внезапно после замужества многими женщинами сводится на нет. Бывает такое, что женщина уходит на работу, одев чулочки, босоножки, наведя красивую прическу, и одев не менее сексуальную одежду. Да, некоторые люди могут сказать, что остыла любовь. Но во-первых, не стоит путать любовь и страсть. Действительно, когда заканчивается так называемый «цветочно-конфетный» период, чувства людей друг к другу ослабевают. Но значит ли это, что все должно быть на этом закончено, или с этого момента начинается настоящее испытание истинной любви?Еще святые говорили, что без страния, нет святости, только страдания даруют святость. «Быть великим человеком и святым для самого себя — вот то единственное, что важно», - словно вторил им Бодлер. Шли с открытым забралом против мелкобуржуазного искусственного рая, его добропорядочности, комфорта, морали, первыми принявшие на себя удар пошлости, невежества и фарисейства. Сеня мы являемся свидетелями того, как уже в нашем мелкобуржуазном обществе «позитивщики» становятся героями нашего времени, а страдания изгоняются из жизни также как и тогда, двести лет назад. Бодлер добровольно избрал монашество, хоть и считал себя скверным монахом. Он отказался от путешествий за границу, предпочитая путешествовать по Парижу, в котором сменил более 40 квартир. Он знал, что в его мире страдание – не протоложность счастью, и тем более - не горе.Зачастую выходит так, что некоторые области своей жизни люди упускают из вида. Причины бывают разные: некогда, не до этого, есть более важные дела и им подобные. Самое интересное, что многие семейные пары пустек одну из наиболее важных частей семейной жизни – сексуальную жизнь. Стоит ли говорить, что постоянная неудовлетворенность ведет к нервозности, вспыльчивости, постоянной раздраженности и даже рассеянности?Шарль Бодлер, когие называют слабым, несчастным, инфантильным, а наиболее злобные – сатанинской натурой, не боялся страданий. Он был воином, считая, что на свете есть лишь три существа, достойные уважения: священник, воин и поэт. И он был единством этих трех ипостасей. Поэт считал, что истинного, а не искусственного блаженства заслуживает только тот, у кого счастье, как его понимают смертные, не вызывает ничего кроме тошноты (дневник «Мое обнаженное сердце»).